Курсантку МВД Отчислили Из-За Вскрывшихся Деталей Прошлого

История жительницы районного поселка Добринка Липецкой области Люды Фурсовой началась с потери и одиночества — в возрасте трёх лет она попала в детский дом из рук горе-матери, лишённой родительских прав.

Нашли малышку в месте, абсолютно не подходящем для ребёнка, — собачьей будке, где Люда спасалась от голода и холода

С самого детства девочка старалась жить так, чтобы родители гордились ею — хорошо окончила среднюю школу, успешно поступила на бюджет в юридический институт МВД в Белгороде, несмотря на жёсткий отбор и большое количество претендентов. Люда знала, что за всеми вступительными испытаниями её ждёт заветная мечта — должность офицера полиции.

К сожалению, на третьем курсе обучения путь к мечте для Людмилы оказался закрыт. В институте стала известно о том, что в трёхлетнем возрасте органы опеки лишили родительских прав её биологическую мать, которая сейчас сидит в тюрьме. Такие подробности из прошлого курсантки повлекли за собой решение руководства института об отчислении Людмилы. Более того, учебное заведение выдвинуло девушке еще одно требование — возместить 300,000 рублей, потраченные государством на прошедшие 3 года обучения.

«Мне сказали, что нашей Люде нужно в ПТУ, там ей самое место», — говорит Татьяна Демихова, которая уже более 10 лет растит и воспитывает Людмилу.

В ГАЛОШАХ ЗА ПРАВДОЙ

Татьяна Михайловна рассказала нам, что сразу же кинулась помогать любимой дочке, как только узнала о случившемся. Она вспоминает, что приехала туда в том, в чём обычно ходит у себя в деревне — в галошах и старой юбке. Женщина догадывается, что местные начальники наверняка подумали, что какую-то деревенскую бабку к ним попутным ветром занесло.

Получается, дорога в светлое будущее в современной России открыта только тем, кто родился «под счастливой звездой»? Неужели дети-сироты и дети чиновников не могут на равных отвоёвывать своё «место под солнцем»?

В том, чтобы на законных правах занять бюджетное место в белгородском институте МВД, Людмиле Фурсовой никто не помогал. Даже статус «сироты» не дал девушке никаких преимуществ перед остальными конкурсантами. Теперь Татьяна Михайловна теряется в догадках, действительно ли вся эта несправедливость случилась с её дочкой случайно? Или так было задумано с самого начала? Родные Людмилы были уверены, что дочка поступит, благодаря льготам. Однако им сообщили, что девушка поступила на общих основаниях, так как льготные документы куда-то затерялись.

В этом учебном заведении нашлись неравнодушные люди, которые с сожалением и пониманием общались с Татьяной, приёмной матерью Людмилы Фурсовой. «Мне говорили о том, что, может быть, мы еще и передумаем, есть и другие вузы, попроще, а я, дура, не понимала, что это не учебы касается, а того, что мы с улицы», — вспоминает женщина.

Престиж белгородского института МВД не оставляет сомнений — он является одним из лучших в регионе. Более того, даже московские выпускники приезжают в Белгород, чтобы поступить в это учебное заведение. Это обусловлено тем, то все преподаватели являются профессионалами своего дела, а студенты проходят процесс обучения в строгой дисциплине. Отчислить студента могут за любой проступок и с любого курса. Но при этом бытует мнение, что отчисляют, как правило, тех, у кого за спиной нет поддержки в лице обеспеченных и влиятельных родителей.

Выпускник этого института сказал о том, что поступить самому — реально, правда потом придётся пресмыкаться перед местными начальниками. Есть вероятность, что этот юноша прав. Беда в том, что Людмилу Фурсову никто не предупредил о суровых правилах игры. «Я хочу стать следователем, чтобы бороться за справедливость», — вот, что сказала нам девушка.

Цель у Людмилы вполне очевидная, особенно в условиях сложившейся ситуации, где девушка является главной героиней.

Несмотря на то, что девушка рассказывает обо всём подробно и в деталях, мысли формулирует чётко, говорит честно, голос выдаёт её состояние растерянного ребёнка, у которого отняли мечту. Три года она уверенно шла к своей цели, и вот — всё исчезло, будто и не было этого вовсе.

Приказ об отчислении курсанта 232-го взвода факультета правоохранительной деятельности Людмилы Фурсовой гласит о том, что проступок, совершенный ею, является несовместимым с понятиями чести сотрудника полиции. Именно по этой причине в конце апреля 2017 года девушку отчислили.

В последствии выяснилось, что причиной выяснения подробностей жизни Людмилы послужил весьма странный инцидент, произошедший в середине февраля.

«Обладая статусом сотрудника органов внутренних дел РФ, по надуманному поводу, под предлогом плохого самочувствия, не подтвержденного медицинским диагнозом, умышленно с целью получения оправдания своему отсутствию на учебных занятиях в ходе беседы с терапевтом медсанчасти допустила некорректное поведение и высказывание о том, что она «может кого-нибудь застрелить», чем дезорганизовала работу медсанчасти», — именно так была сформулирована причина отчисления курсантки Людмилы Фурсовой.

Попросту говоря, Людмилу обвиняют в том, что она угрожала врачу, что застрелит кого-то, если он не оформит ей освобождение от занятий. Сама Людмила утверждает, что ничего подобного не происходило. Две абсолютно разные правды людей двух абсолютно разных людей.

ТАБЛЕТКИ ГЛИЦИНА ПЕРЕД РАССТРЕЛОМ

Сама Людмила рассказала, что в тот день на почувствовала недомогание. Было сильное головокружение, повышенное давление, и она боялась, что такое состояние может повлечь негативные последствия. Всё потому, что следующим занятием по расписанию были стрельбы. Она честно призналась врачу, что попросту боится причинить кому-либо вред в таком состоянии с оружием в руках. В ответ она услышала в свой адрес обвинения от медсестры, что девушка просто пытается улизнуть от занятий, и не получила освобождения.

Вот и вся история, собственно говоря. Ничего о «дезорганизации работы медсанчасти» Людмила Фурсова в своём рассказе не упомянула. Никаких описанных врачом криков о помощи и вызовов полиции, чтобы успокоить разбушевавшуюся студентку, не было. Девушке просто выдали две таблетки глицина и выпроводили из медицинского кабинета на стрельбище, где и проходило занятие. Правда, после принятой таблетки она не стреляла, а просто присутствовала на занятии. И тут возникает вопрос — почему студентку, которая якобы вела себя «неадекватно и неуравновешенно» спокойно отправляют на занятие с оружием, а после этого она еще 2 месяца спокойно продолжает обучение?

Тем временем рапорт о неподобающем поведении рядового полиции Фурсовой начал своё путешествие по всевозможным инстанциям.

В разгар шумихи, возникшей вокруг этого случая, в гости к Татьяне Демиховой, приёмной матери Людмилы, наведался начальник курса подполковник Сорокин. Он очень активно интересовался жизнью девочки, её родными и вообще всем тем, что имеет какое-либо отношение к ней. Он абсолютно честно обещал ей разобраться во всей этой истории и принять соответствующие меры. В ответ на проявленную Сорокиным доброту, Татьяна Михайловна откровенно рассказала о том, как непросто пришлось Людмиле в детстве по милости её биологической матери, которая на данный момент отбывает наказание в тюрьме за непредумышленное убийство своего сожителя под воздействием алкоголя. «Ну я же о плохом не думала, когда говорила о Людиной матери, да и по суду ей она никто давно, ее ведь прав родительских лишили, — рассказывает женщина. — Люда с ней с трех лет не живет, и общего между ними ничего нет».

По словам Татьяны Михайловны биологическая мать Людмилы — Марина — женщина неплохая, просто судьба у неё тяжелая. Не встретила она в своей жизни человека, который смог бы наставить её на путь истинный. Вот она и угодила на дно.

Но почему Людмиле приходится расплачиваться за ошибки матери?

Татьяна Михайловна рассказала о том, что лично биологическую мать Люды она не знала, так как деревни, в которых они жили, находились далеко друг от друга. А с Людой она познакомилась по дороге домой с работы. Женщина купила батон хлеба и несла его домой. Проходя мимо приюта, она увидела пятилетнюю кроху, которая держалась за железную решетку и слезно умоляла угостить её хлебом.

От жалости у женщины сердце в кулак сжалось. Она побежала в магазин и купила девочке бананы и сок. Малышка спросила её, придёт ли она завтра. И Татьяна, не задумываясь ответила, что придёт.

Дело в том, что у Татьяны Михайловны и её мужа четверо детей. Именно поэтому они очень долго не могли решиться на то, чтобы оформить опекунство над малышкой Людой. Ведь это большая ответственность, да и возраст у них с мужем был уже не молодой.

Потом выяснилось, что опеку над Людой оформила другая семья, но вскоре они вернули её обратно в семью из-за нехватки денег — привычная ситуация в деревнях. Попав обратно в детский дом, Люда была очень худая, слабенькая и много болела. Да, много огорчений выпало на долю этой девочки, ничего не скажешь. И, снова увидев маленькую Люду, Татьяна Михайловна поняла, что больше никогда и ни за что не отдаст никому эту малышку.

Однажды Марина, биологическая мать Людмилы Фурсовой, подала в суд иск о восстановлении своих родительских прав. Очевидно, что Марину интересовала не дочь, а крупная сумма, которая скопилась на банковском счёте девочки. Но осуществить задуманное женщине не удалось — судья сразу заметила, что Мариной движут исключительно меркантильные интересы. Таким образом, Людмила осталась там, где и должна была остаться — у приёмных родителей.

Татьяна Демихова с гордостью рассказывает, что Людочка всегда выглядела, как принцесса — красивые наряды, платья. Девочка с детства занималась спортом: плавание, лёгкая атлетика, баскетбол. Тем не менее, её заветной мечтой было поступление в юридический ВУЗ. Она с детства повторяла: «Вот вырасту и всех преступников пересажаю!»

ЯБЛОКО ОТ ЯБЛОНИ

Тем временем, общество разделилось на два лагеря. Подавляющее большинство было на стороне Людмилы, осуждая при этом вопиющую несправедливость со стороны представителей МВД в отношении Людмилы Фурсовой. Другие утверждают, что всё, что ни делается — к лучшему. Мало ли что может взбрести в голову девушке с тяжелым детством. «Меня в этой истории смущает, что на службу в органы правопорядка пытается прийти человек с тяжелой детской психотравмой, — считает некий Дмитрий. — Получив власть над нами и оружие, что будет он делать? Закон охранять? Или мстить за свое тяжелое детство? Ей нужно искать другой, гражданский вуз и другую специальность. Пожалейте девушку…»

«Представим себе ситуацию. Девушка ведет дело. Есть преступник, например, грабежник, — орфография Марии сохранена. — И тут мама просит помочь этому человеку и девушка соглашается».

Но если рассуждать в таком ключе, то тогда необходимо уволить почти всех сотрудников полиции. Неужели люди действительно думают, что из всех действующих сотрудников МВД, психологическая травма из детства есть только у Людмилы Фурсовой? Так или иначе, у всех у нас в детстве были своего рода происшествия, которые наложили свои отпечатки.

Более того, результаты всех пройденных Людмилой психологических тестирований, которые являются обязательными при поступлении, показали, что никаких отклонений у девушки нет. В ходе расследования девушка не раз предлагала провести проверку на детекторе лжи, в чём ей было отказано представителями белгородского института МВД.

В этом случае закон гласит: девушка не несёт ответственности, которая родила её и бросила по собственной воле. Получается, что отчислить Людмилу за то, что её биологическая мать — далеко не самый примерный гражданин, никто не имеет права. Соответственно, дабы сбросить ненужный балласт в лице Людмилы, необходимо найти параллельную причину, вполне весомую для отчисления.

Объясняется всё тем, что «Яблоко от яблони недалеко падает».

О несправедливости не может быть и речи. Всё делается в целях безопасности — нельзя ведь допускать до службы потенциально опасного сотрудника. Лучший способ защиты — нападение, не правда ли?

Огласку истории с Людой Фурсовой придала Надежда Юшкина, которая является многодетной мамой, а также куратором проекта «Женщины за Путина». Узнав о случившемся, она едва пришла в себя от возмущения. Неужели в современном мире до сих пор есть место таким историям? Получается, курсантов делят на «достойных» — то есть обеспеченных и влиятельных, и «недостойных» — то есть тех, кто сумел пробиться самостоятельно

Надежда очень верно подметила тот факт, что Людмилу отчислили, основываясь на показаниях только одного врача. А как же независимые экспертизы? Получается, что таким образом можно отчислить любого неугодного курсанта. «Складывается ощущение», — говорит Надежда, «что настоящие причины случившегося скрываются за размытыми формулировками»

Татьяна Михайловна вспоминает, что, задав вопрос начальнику курса Сорокину, почему её дочь Люду исключили, она услышала, что они сочли её ребёнка неблагонадёжным. Более того, он недвусмысленно намекнул Татьяне, что место Людмилы — в ПТУ. В самом институте с ней вообще отказались говорить, так как Людмила достигла возраста 21 года и является абсолютно самостоятельным и дееспособным человеком, который должен сам за себя отвечать.

В «армию» защитников Людмилы Фурсовой вступила не только Татьяна Михайловна, её законный опекун, но и все те, кто знают её как порядочную и ответственную девушку: бывшие учителя, сотрудники органов опеки и даже Сергей Москворецкий, глава Добринского района Липецкой области.

«Честность, принципиальность, умение отстаивать свои взгляды и убеждения — отличительные черты девушки. Людмила демонстрировала высокую правовую культуру. Ее отличали социальная взрослость, ответственность за свои действия, самостоятельность в принятии решений» — именно так говорят о Людмиле Фурсовой учителя и директор средней школы N2, которую окончила девушка.

В институте МВД в Белгороде отрицать произошедшее не стали, ведь молва уже дошла до Москвы. При этом комментировать эту ситуацию они не стремятся, ограничиваются тем, что всё было сделано в рамках закона. Что касается друзей Людмилы, то им настоятельно порекомендовали не распространяться на тему случившегося.

Судя по всему, основной постулат юридических ВУЗов — предавать и забывать, когда это удобно. Именно поэтому так трудно добиться справедливости в этой истории с Людмилой. Вряд ли одна девушка сумеет сломать годами сложенную систему.

В момент, когда данную статью уже готовили к печати, позвонила Татьяна Михайловна, опекун Люды, и сообщила, что её дочку восстановили в институте. Более того, руководство вуза пообещало семье Фурсовых исправить допущенную ошибку.

К сожалению, Людмила и её семья слишком рано обрадовались. Руководство института выдвинуло следующие условия: в обмен на то, что Людмила и её семья перестают как-либо комментировать скандал и подавать жалобы во всевозможные инстанции, институт прощает им 300.000, которые были предъявлены к оплате за пройденное обучение.

Мария Баст, которая является председателем Ассоциации адвокатов России по правам человека, тоже прокомментировала эту ситуацию. Она заявила, что в этой ситуации явно нарушены права Людмилы Фурсовой. Что касается причин, по которым отчислили девушку, то здесь тоже возникает большое количество вопросов. Очевидно, что плохое самочувствие и, как следствие, отказ Людмилы от участия в стрельбах никак нельзя назвать поводом для отчисления из института. Мария считает, что в это деле замешаны общественные стереотипы и предрассудки, которые гласят, что сироты не могут называться полноценными людьми. Мария склонна верить Людмиле, нежели руководству института и их версии происходящего. Также она говорит о том, что в выяснении истинных причин дискриминации Людмилы поможет статья 136 УК РФ, который гласит о том, что дискриминация человека по его происхождению является деянием уголовно наказуемым. Более того, Мария утверждает, что на этих основаниях следственный комитет имеет право возбудить уголовное дело в отношении белгородского института МВД.

По материалам

Делись!
Голосуй!


Похожие статьи